Как поездка в СУАР научила модного Нью-Йоркского дизайнера расслабляться

Патрик Робинсон из известного travel-бренда Paskho получил в СУАР аутентичный, спартанский опыт, говорит он.

Когда Патрик Робинсон, бывший креативный директор известного бренда одежды GAP, а теперь основатель и главный дизайнер Paskho, линии элитной одежды для путешествий, задумался о том, как он хотел провести свои летние каникулы, ему был не интересен скучный пятизвездочный отель.

 «Мне было интересно отправиться в аутентичную поездку без излишеств. С Paskho я работаю на заводе за пределами промышленного города Гуанчжоу, на юге Китая. Меня беспокоило, что я тесно сотрудничаю со страной, о которой я мало что знал.  Поэтому я решил посетить завод, а затем совершить поездку в самую загадочную часть Китая, которую я только смог найти».

 

Это привело его в СУАР, изолированный регион на северо-западе Китая, где проживают уйгуры. Робинсон начал свой десятидневный отпуск с города Кашгара, важного исторического и торгового города на Великом Шелковом пути, где некоторые бизнес сделки между уйгурами все еще решаются с помощью рукопожатия. Из Кашгара он ехал пять часов на юго-запад в микроавтобусе по пустыне, чтобы добраться до более высоких возвышенностей Памирского хребта. Там, высоко в горах, он увидел киргизских пастухов, которые все еще живут натуральной жизнью в юртах. Робинсон сидел вместе с киргизскими пастухами любуясь звездами, общаясь через пантомиму и попивая чашку черного чая с як-молоком. «Конечно, там у киргизов нет ванной и туалетов, но я этого не знал. Когда я спросил, где это, все рассмеялись.»

возвышения Памирского хребта
Возвышения Памирского хребта

 

Но этот опыт совсем не напугал его. Робинсон продолжил свой путь к Музтагате, ледяной пик, возвышающийся над изолированным, дальним западным уголком Синьцзяна, где сходятся Афганистан, Пакистан и Таджикистан. Затем он должен был заехать в гостиницу в относительно развитом городе Ташкурган, но после нескольких часов там, ему захотелось вернуться обратно на природу и он отправился в пустыню Такламакан, где он путешествовал на верблюдах. «Я назвал своего Грумпи – он меня ненавидел»,- рассказывает он.

 

Оттуда он посетил Хотан, исторический город, который соединял Южный Шелковый Путь с Индией. Останавливаясь на рынках, он разглядывал нефрит, уйгурскую народную медицину, платья из уйгурского атласа хана, а также шелковые ковры ручной работы украшенные цветочными мотивами.

уйгурки
Красочно одетые уйгурские женщины на рынке в Хотане.

 

Я был дезориентирован когда вернулся домой в Нью Йорк после десяти дней путешествий по природе без связи с внешним миром. «Я сел в самолет, и внезапно я вернулся в свою безопасную и удобную зону комфорта. Когда я приземлился в аэропорт JFK, я сел в Убер. И не поймите меня неправильно, я обожаю Убер, но направление из точки A в точку B – это совсем другие впечатления, когда вы находитесь на верном верблюде, а не просто нажимаете на свой телефон».

 

Хотя Робинсон очень тщательно все спланировал, нанял гида и водителя, а также зарезервировал нескольких ночей в отеле, его совет заключается в том, чтобы не рассматривать соблюдение своего маршрута как нечто неприкосновенное.

«Я думаю, что настоящая красота путешествия заключается в том, что вы не всегда знаете, что будет дальше. В какой-то момент я часами сидел на скале, потому что мне не надо было ничего делать и некуда торопиться. Это было как снова стать ребенком».

 

Источник: https://www.cntraveler.com/


Оставить комментарий


Подняться вверх
error: