Oops! It appears that you have disabled your Javascript. In order for you to see this page as it is meant to appear, we ask that you please re-enable your Javascript!

Почему мусульманский мир предал уйгуров

Администрация Трампа сделала больше для миллионов уйгуров в лагерях чем любой исламский лидер, анализирует международные отношения The Foreign Policy.

Пустые улицы. Растянувшиеся лагеря в пустыне поблизости, о которых говорят тихим шепотом. Так выглядит современный наводящий страх режим в Синьцзяне. Уйгуры живут в постоянном страхе произвольного задержания и могут ожидать сиюминутного наказания за любое проявление тюркской или мусульманской идентичности – до такой абсурдной степени, что присвоение вашему ребенку традиционного мусульманского имени является незаконным.

Тем не менее, когда президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган, самозваный «защитник мусульман во всем мире», посетил Китай на прошлой неделе, государственные СМИ сообщили, что он сказал, что все люди в Синьцзяне «живут счастливо» благодаря экономическому процветанию Китая. Отношение Эрдогана очень аналогично с подходом, принятым другими выдающимися мусульманскими лидерами мира в отношении уйгуров.

Турция

Дружба Эрдогана с президентом Китая Си Цзиньпином произошла, несмотря на провозглашение МИДа Турции в феврале. «Уже не секрет, что более миллиона уйгурских турок, подвергшихся произвольным арестам, подвергаются пыткам и политическому« промыванию мозгов» в лагерях и тюрьмах для интернированных. Уйгуры, которые не содержатся в этих лагерях тоже находятся под сильным давлением», – говорится в заявлении. Министерство настаивает на том, что Турция подняла уйгурский вопрос с Пекином.

Пекин жестко отреагировал на этот смелый жест, и Анкара без колебаний прогнулась. Приоритетом Эрдогана теперь является возрождение исторических связей и «укрепление сотрудничества» между Турцией и Китаем, поскольку Турция претендует на ключевую роль в Пекинской инициативе «Один Пояс Один Путь».

Любой автомобильный или железнодорожный канал между Китаем и Турцией должен был пройти через Синьцзян, самую западную часть Китая, поэтому, по мнению Анкары, факт существования общей веры, истории и родства турков с уйгурами не должны вставать на пути и мешать Китаю «управлять» местным населением.

Хотя обычные турки и являются активными сторонниками прав уйгуров, но у Эрдогана есть страна, которой нужно управлять, и он не будет предаваться сантиментам по поводу уйгуров.

Мусульманская солидарность является хорошим лозунгом и хорошими международными связями с общественностью, но похоже на этом всё и заканчивается для Турции и других мусульманских стран.

Пакинстан

Пакистан, расположенный через границу от Синьцзяна, в 1947 году стал страной, специально предназначенной как убежище для мусульман. С тех пор политические, военные и религиозные лидеры страны взяли на себя ответственность защищать ислам и защищать мусульман, где бы они ни находились. Пакистан, в конце концов, является единственным мусульманским ядерным государством, поэтому, по крайней мере, он обладает самой мощной военной силой и самой большой способностью вмешиваться от имени угнетенных мусульман в любом месте.

За исключением, может быть, если эти мусульмане живут в Китае. Некоторые даже описывают Пакистан как государство-придаток Китая.  Несмотря на все возможности Пакистана, в стране и обществе, которые в остальном сильно разделены, есть одна позиция с которой все согласны, от военной разведки до радикальных проповедников и политиков: китайские инвестиции жизненно важны для развития Пакистана и, возможно, необходимы даже для того, чтобы иметь достаточно экономической активности для поддержания государства и его массивной армии.

Вот почему в Исламабаде молчали – и почему премьер-министр Имран Хан притворился, что даже не знает об уйгурском вопросе, когда его об этом спрашивали. Пакистанские мужчины, состоящие в браке с уйгурскими женщинами, видели, как их супруги исчезали в лагерях, но не получали никакой помощи от своего правительства. Китай проводит активную пропагандистскую кампанию по этому вопросу, возглавляемую его посольством в Пакистане которое шпионит за уйгурами даже в самом Пакистане.

Центральная Азия: Казахстан, Кыргызстан, Узбекистан

Уйгуры также не могут ожидать большой симпатии от своих других тюркских мусульманских соседей через границу в Кыргызстане, Казахстане или любой другой республике Центральной Азии.

Уйгуры и среднеазиатские соседи могут разделять религию ислама и даже общую этническую и культурную историю, но все правительства в регионе стремятся заслужить благосклонность Пекина, поскольку Китай строит свой пояс и дорогу на запад.

С одной стороны, существуют жесткие геополитические реалии того, что страна, не имеющая выхода к морю, зависит в торговле от могущественных соседей. С другой стороны, местные власти сами склонны ущемлять права своих граждан. У этих стран едва ли есть моральное право осуждать Китай, даже если они были бы способны это сделать. Закулисное дипломатическое давление в сочетании с общественным протестом в их странах обеспечило освобождение узбеков, казахов и других людей из лагерей, но это сочувствие не распространяется на самих уйгуров.

Ближний Восток

А как насчет самых видных представителей мусульманского мира? Иран, Саудовская Аравия и Египет находятся далеко от Китая и не так зависимы от его доброй воли, как его соседи. Они провозглашают себя лидерами мусульманского мира и хранителями мировой уммы, которая, как ожидается, придет на помощь угнетенным мусульманским людям. Они, конечно, громко гремят саблями, издают фетвы и призывают к джихадам в других случаях пренебрежительного отношения к верующим мусульманам – особенно когда это касается Палестины, но также и Кашмира и Мьянма.

Но они даже не вспоминают об уйгурах. Даже несмотря на то, что США гарантируют им безопасность и торговлю. Претендующей на мировое лидерство по мусульманским вопросам во всем мире в качестве хранителя двух священных мечетей, Саудовской Аравии абсолютно нечего сказать об уйгурах.

Иран позиционирует себя как государство нео-рашидун, созданное так же, как первый из четырех халифатов после смерти пророка Мухаммеда. И точно так же, как первый халифат, он верит в процесс создания для себя роли доминирующей региональной державы на Ближнем Востоке. Но если Китаю придется запереть все мусульманское население в Синьцзяне, который когда-то находился под сильным влиянием Персидской империи, Тегеран вряд ли будет оспаривать это решение Китая.

Египет, великий культурный дом арабского ислама,опередил всех на один шаг: он задержал и депортировал уйгуров обратно в Китай по указке Пекина.

Пропаганда ислама и мусульманского единства и солидарности является заявленной моральной основой каждой из этих стран, поскольку каждая из них восходит к историческому времени, когда она была центром мусульманского мира. Однако, сегодня каждая из этих стран является лишь попрашайкой Китая, даже если в этом нет прямой необходимости.

В довершение всего, даже (по иронии судьбы) Организация исламского сотрудничества хранит молчание об уйгурах.

Сотрудничество мусульман это конечно все хорошо, но сотрудничество с коммунистическим Китаем для мусульман является более ценным, чем сотрудничество по религиозному признаку.

Даже те страны, которые могут рассчитывать на защиту и торговлю со стороны Соединенных Штатов, надеются, что Китай включит их в торговую сеть «Пояса и дороги». Дело в том, что все наземные маршруты на Поясе и Дороге проходят через Синьцзян. Поэтому никто не хочет, чтобы в регионе была какая-либо нестабильность, которая могла бы препятствовать торговле – не говоря уже о минусах перечить Пекину по этому вопросу.

Малайзия и Индонезия

Страны с преобладающим мусульманским населением за пределами Ближнего Востока, такие как Малайзия и особенно Индонезия – страна с твердо нарастающей экономической траекторией и страна с наибольшим мусульманским населением соответственно и обе естественные союзники Соединенных Штатов в своих общих усилиях по сдерживанию Китая в Юго-Восточной Азии. У них пожалуй есть самая большая свобода и стимул высказываться за уйгуров. В конце концов, чем меньше торговых потоков проходит через Синьцзян, тем больше будет проходить через контролируемые ими воды. Но даже они уступили чековой книжке Пекина. В то время как в оппозиции в обеих странах иногда высказывались от имени уйгуров, такие высказывания вполне могут исчезнуть, если оппозиционеры попадут в правительство.

Запад и Израиль

На этом фоне, позиция Западных стран и Израиля может быть и прагматичной, но она резко контрастирует с реакцией мусульманского мира на ущемление прав уйгуров.

Обращение Израиля с палестинцами на оккупированных территориях ужасно и к настоящему времени является явным процессом этнической чистки. Но палестинцы не содержатся в лагерях перевоспитания и не подвергаются такой же степени наблюдения и культурного уничтожения. Израилю выгодно указывать на то, что у уйгуров в Синьцзяне всё хуже.

Западные страны, ведущие тупые культурные войны вокруг хиджабов и бурок, вызывают серьезную обеспокоенность, когда речь заходит о том, насколько безопасным и свободным для мусульман считается исповедовать свою веру в этих странах. Точно так же существует проблема усиления исламофобии в Соединенных Штатах и ​​в других странах Запада.

Тем не менее, так называемые «неверные» и «крестоносцы» были гораздо более откровенны и недвусмысленны в своих заботах о безопасности уйгуров, хотя многие из них извлекают из торговли и хороших отношений с Китаем столько же выгоды, сколько и так называемые «защитниками мусульманской веры». Даже когда они признают, что у них мало власти и влияния на политику Китая в Синьцзяне и что принципиальная позиция практически бесполезна, многие западные лидеры, тем не менее, все равно высказались. Хотя есть и постыдные исключения такие как Новая Зеландия.

Таким образом, Западные страны исходят не из основ общей веры, а из основ общей человечности.

Нет сомнений в том, что если бы Турция, Египет, Саудовская Аравия и все остальные мусульманские страны ничего не выиграли от Китая, к Пекину уже было бы призвано несколько джихадов. Призыв к войнам против неверующих, которые угнетают мусульман, является одним из самых надежных в истории способов завоевать популярность для любого лидера мусульман.

Но когда Пекин хочет стать вашим другом, мусульманская солидарность вдруг становится просто неудобным анахронизмом. Несмотря на все разговоры в мусульманском мире о том, что западные правительства морально коррумпированы и лицемерны в отношении прав человека – а Запад, безусловно, серьезно ошибается в своей приверженности общечеловеческим ценностям – мусульманские правительства едва ли даже пытаются притвориться, что религиозная солидарность требует от них выступить за их собратьев-уйгурских мусульман. Они также не предоставляют безопасного убежища тем, кто в нем нуждается.

И все же высшая ирония заключается в том, что администрация Дональда Трампа была самой решительной в своем осуждении Пекина по поводу его приследования уйгуров. Пусть это впитается – Администрация Соединенных Штатов продемонстрировала большую моральную волю и человеческую солидарность с уйгурами Синьцзяна, чем любой лидер мусульманской страны.

США наверняка потеряли гораздо меньше, и общий поворот против Китая, возможно, также способствовал этому. И даже когда американская администрация, которая инстинктивно враждебно относится к мусульманам, была вынуждена выступить за уйгуров по гуманитарным соображениям, она таким образом разоблачает пустое эхо непрекращающихся пустых мантр мусульманской солидарности в мусульманском мире.

Автор статьи: Азим Ибрагим является профессором-исследователем в Институте стратегических исследований Военного колледжа США и директором Центра глобальной политики в Вашингтоне. Он является автором книги «Радикальное происхождение: почему мы проигрываем битву с исламским экстремизмом», а также бывшим советником комиссии правительства США по борьбе с экстремизмом.

Перевод специально для bizuyghurlar.com

Photo: world-factbook/geos/ni.html


Оставить комментарий


Подняться вверх
error: